Обществу граждан - гражданское просвещение

Вспомнить пароль
Запомнить пароль
  Путь : Главная / Хроники гражданской жизни / Кабардино-Балкарская Республика  
Нальчик: существовать, не нарушая чужого пространствадата: 02 января 2015    автор: Карданова Марина Абиссиновна

Даночка – пятиклассница, растет в семье, разделяющей секулярные принципы и ведущей светский – в смысле совершенно не религиозный – образ жизни. Мама ее на днях с откровенным ужасом рассказывает, как дочь крутится перед зеркалом с водолазкой в руках: натягивает узкое горлышко на волосы, завязывает ее рукава вокруг шеи наподобие хиджаба и заявляет остолбеневшей маме: «Я мусульманка!».

Ужас мамы объясним: девочка принесла в дом часть абсолютно чуждого ей и ее мужу мира; непонятно, где здесь игра, а где серьезно для одиннадцатилетней девочки, то есть насколько все далеко зашло; неизвестно, к чему все это в итоге может привести. А самое главное – она не знает, как себя вести в этой ситуации. Раньше часто можно было слышать: «О, моя мама (папа, бабушка, дядя, тетя) начала делать намаз», - в определенном возрасте к религии к той или иной форме приходят многие. Сейчас более актуально «Мой сын (дочь) начала делать намаз». Для многих родителей это означает, увы, потерю сначала духовного, а с течением времени вообще любого контакта с ребенком – если тот настроен решительно, а родители не готовы одобрить его новые устремления. Вспоминаю девочку лет пяти на свадьбе у дочери друзей. В какой-то момент, когда во дворе выстроился оживленный круг с лезгинкой, она оказалась рядом со мной, с чувством хлопающей танцорам. Для меня, признаюсь, полной неожиданностью оказалась ее фраза: «А моя мама не хлопает». Честно, сразу не поняла: кто не хлопает, почему не хлопает, и почему надо сообщать мне об этом таким загадочным голосом. И только взглянув через круг и увидев молодую женщину в хиджабе, сообразила, что к чему. Кудрявая мелочь в нарядном платье тем временем изучает меня – ожидая, как мне показалось, реакции. Поясню для тех, кто не в теме: молодая мама – из «новых мусульман», считающих танцы грехом.

Это все картинки из нашей нынешней жизни:

- ежепятничный затор на дороге возле центральной мечети и недовольные этим водители;

- «халяльная» мясная лавка, которая очень удобна мне по дороге от работы от дома, но ходить туда я не люблю, потому что девушка на кассе якобы незаметно кривится при виде моих голых рук и короткой юбки и принимает мои деньги, будто бы делая мне огромное одолжение;

- гости на свадьбе, кучкующиеся там-сям во дворе или в саду, чтобы опрокинуть рюмочку, - потому что молодые «из этих» и спиртное на этом мероприятии официально запрещено;

- детишки, которых не пускают на новогодний утренник и дома елочку тоже не ставят, потому что «это не наш праздник».

Все это обычная повседневность, чисто коммунальные моменты, не стоившие бы внимания, если за этим не стояло бы желание определиться в системе «свой – чужой» и взаимный страх. Мы не привыкли. Еще не научились и неизвестно, когда научимся, - сосуществовать. Не нарушая чужого пространства и не ожидая каждую минуту, что нарушат твое собственное. Не боясь, что в какую-то минуту придется определяться со своей национальной идентичностью, религиозной принадлежностью (или отношением к религии вообще), а скорее всего – с местом дальнейшего жительства. И касается это всех – в орбиту всевозможных конфликтов, вызванных наступлением «нового» ислама, попадают и атеисты, и немногочисленные иудеи, и христиане, и те, кто был воспитан в традициях – назовем его условно – местно-национального, достаточно либерального ислама, требующего большей частью соблюдения определенных ритуалов.

Во многих местах на Кавказе, и в Кабардино-Балкарии тоже, эти конфликты привели уже – и продолжают приводить – к трагическим последствиям. Там и здесь гибнут молодые ребята – «лесные» и милиционеры, «боевики» и рэкетируемые ими «на джихад» предприниматели. Периодически в том или ином населенном пункте созываются – или собираются стихийно – сходы жителей. В условиях, когда власть бессильна прекратить кровопролитие, люди пытаются навести порядок своими, простыми и диктуемыми эмоциями методами: требуя выгнать из селения семью боевика, или разрушить его дом, или не позволить хоронить тела «ликвидированных» (еще один страшный термин) на сельских кладбищах.

Нельзя сказать, что проблема баланса между ценностями светской государственности, гражданского общества, национальной культуры и религиозной практики остается вне внимания как официальной власти, так и неформальных, общественных и гражданских структур. Но пока все ее усилия носят чаще всего теоретический характер и почти нулевой результат. К примеру, в комиссию по адаптации боевиков к мирной жизни, созданную специальным указом главы республики в январе 2012-го, за все это время не обратился ни один боевик. (Около 40 обращений, имевших место, касались неправомерного применения насилия и превышения полномочий сотрудниками правоохранительных органов, то есть не относились напрямую к главному назначению комиссии).

В середине ноября в Нальчике прошла международная богословская конференция «Мусульмане и национальная культура в светском государстве». Мероприятие – солидное, с многосторонним представительством – было посвящено проблемам, роли и месту мусульман в светском обществе, а также соотношению их религиозной активности с ценностями и традициями национальной культуры.

Главный вопрос, который обсуждался на конференции, – каковы пределы вторжения светского и национального в поле мусульманской общественной и религиозной практики? В комментариях к сообщениям о конференции на местных форумах часто попадался и такой: «А когда же будут обсуждать пределы вторжения религиозного в поле светского и национального?»

По ряду объективных причин мы столкнулись с новым вызовом – разделением общества по отношению к месту религии в государственной системе. «Новые мусульмане» считают, что место веры не только в сердцах людей, но и в системе общественного и государственного управления. Другая часть общества настаивает на светском развитии, призывая на помощь традицию и Конституцию. Дееспособная и активная часть общества почти окончательно расслоилась на несмешивающиеся массы. Каждая из сторон считает свою точку зрения единственной правильной и готова отстаивать ее, даже проливая кровь.

Чтобы ответить на этот вызов, мы должны, наверно, просто остановиться, оглядеться и подумать о тех границах и компромиссах, которые позволят всем нам жить вместе, не ущемляя и не оскорбляя друг друга. Всем известен коктейль «Кровавая Мэри» – ничего особенного, томатный сок и водка. Но – перемешай его, и получишь смесь отвратного вкуса, если же употребить, как положено, не смешивая ингредиенты, то получим сначала обжигающий вкус водки, а затем приятную мягкость сока. Так, наверное, и здесь: нужно договариваться и искать баланс, не портящий «вкус» ни того, ни другого. Позволяющий остановиться на любом слое, не принимая внутрь тот ингредиент, который не понравится. Но и приготовить слоистый коктейль намного сложнее, чем смешанный: помимо желания и теоретического знания рецепта требуется практика. Такой «коктейль» в моем представлении – идеал устройства современного кавказского общества, все более разделяющего в вопросе отношения к месту религии в разных сферах жизни. Пока место и размеры каждого «слоя» не будут четко определены и признаны другими «слоями», наше общественное пространство будет напоминать скорее какой-нибудь «ёрш», чреватый тошнотой и головной болью в местах соприкосновения разных течений.



Подробнее
Путь : Главная / Хроники гражданской жизни / Кабардино-Балкарская Республика
107031 Россия, Москва,
  ул. Петровка, дом 17, стр. 1
Рейтинг@Mail.ru